«ОТЕЦ-ОСНОВАТЕЛЬ»
АРТУР ФИНЧ

Я планировал накидаться. Планировал это всю неделю, и когда наступила пятница, я ликовал так, будто покорил Олимп и скинул всех богов на острые скалы. Забив на пары, я позвонил корешу и сказал, что буду в течение часа. У него были какие-то дела, но он их отложил, поскольку тоже планировал накидаться.

День стоял странный. Он хмурился, но меня не волновало. Я вылетел из общаги, захватив с собой только сумку и банковскую карту. На вахте сидела Стрела — женщина лет пятидесяти с красными, как у всех престарелых женщин, волосами. Она смотрела отстраненно и никогда не обращала внимания на тех, кто выходит. Я платил ей той же монетой. Не смотрел на неё, когда выходил.

Первым делом я пошёл в магазин на углу, чтобы снять все деньги, которые у меня были. Было гривен триста — половину мне заслала мама, а вторую половину я вывел из одного сайта, где тупо кликал по ссылкам как помешанный. Всё складывалось как нельзя лучше, банкомат сразу же выплюнул мне три купюры по сто гривен, я спрятал две в карман, а второй расплатился за сигареты. Взял Парламент…

Магазин был таким тесным, что, выходя, я перецепился через конченого йоркширского терьера и чуть не полетел со ступенек. Маленькая, напоминающая крысу, собачонка заскулила и я услышал проклятия её хозяйки. Я не обратил на них внимания, хотя мне хотелось вернуться и наступить этой собаке на голову, как бы прекратив бесполезное существование искусственного вида собак. Потом я бы с радостью наступил на горло хозяйке, чтобы впредь предупредить покупку такой бесполезной хуйни. Во мне не было злобы. Походка моя давала понять, что мне абсолютно всё равно и что у меня всё очень хорошо.

Я вышел из магазина и закурил сигаретку. Минуты через две на ступеньках показалась та собачонка. Проследив за тоненьким поводком, я уткнулся взглядом в хозяйку. Это была очень красивая женщина. Я сразу же забыл всё, что хотел сказать ей. Мне даже показалось, что если бы я и хотел её задушить, то только при определенных обстоятельствах. И не задушить, а так, слегка перекрыть ей кислород… Она прошла мимо, даже не взглянув на меня. Собачонка оскалилась и зарычала. Они удалились, и я пошел в сторону общаги. Не дойдя несколько метров, я свернул на стадион, где пацаны играли в футбол. Если бы ко мне попал мяч, я бы не стал его забивать очень далеко. Во-первых, потому что мне дали бы пиздюлей, а во-вторых, потому что у меня было хорошее настроение. Я бы просто подал им мяч. Но ничего ко мне не попало, я прошёл мимо и оказался как бы на заднем дворе своего института.

Пары уже закончились, поэтому я не боялся встретить какого-нибудь препода, а даже если бы и встретил, меня бы это не сильно огорчило. Я хотел подкурить еще одну сигарету, как вдруг услышал за спиной какое-то движение. Обернувшись, я увидел катившийся ко мне мяч и незнакомую девочку. За ней бежал пацанчик в форме, которому я легонько буцнул мяч, стараясь, чтобы мой удар был лёгким, но в то же время не слишком рахитным… Не хотелось, чтобы незнакомый человек подумал обо мне какую-то гадость.

Я шёл и слышал как она идёт за моей спиной. У меня возникла мысль познакомиться с ней. На первый взгляд она показалась мне милой. Я хотел бы заметить, что всегда удивлялся тому, как в голове образуются мысли, как они обретают связи и потом превращаются в идеи. Потому что как только я увидел её, у меня возникла мысль, которая, объединившись с очень значительной деталью, превратилась в идею. Деталь эта поразила меня, просто выбила из себя, но в положительном смысле. Пока я думал о том, стоит ли познакомиться с ней, взгляд мой, блуждая по земле, уткнулся в стодолларовую купюру, можете представить? И всё произошло как-то без меня. Из левого кармана штанов я вытащил все деньги, что у меня были — две сотни, не считая сдачи из сигарет, а потом очень быстро поднял лежащую возле мусорного бака сотку. Никогда раньше я не находил деньги, особенно такие. Я сразу же положил их в карман, оставив у себя в руке двести гривен. Я повернулся к ней.

— Смотри, что я нашёл, — сказал я, когда она подошла ближе.

Она остановилась и посмотрела на деньги. Она была младше меня на пару лет. Я бы сказал, что она симпатичная, у нее были довольно длинные светлые волосы. Мне понравилось, что я не увидел макияжа на её лице.

— Шо за развод?

— Думаешь, не настоящие?

— Мне без разницы, — ответила она и пошла дальше.

Я такого не ожидал. Я догнал её.

— Это же целых двести рублей!

— Купи себе что-то, если хочешь.

— Нет, — сказал я, — можно сказать, что мы нашли их вместе, ведь ты была рядом. И если бы не было меня, то их бы нашла ты, понимаешь?

— Ты с третьей общаги, да? — спросила она, не обращая внимания на мои слова.

— Да, а ты тоже?

— Нет, но я тебя видела как-то.

— И запомнила? — удивился я.

Деньги всё ещё были у меня в руках. Мы уже вышли из двора института и оказались прямо перед магазином. Не сказать, что я так уж и хотел с ней познакомиться, но мысль, что у меня в другом кармане лежит целая куча денег, превратили моё хорошее настроение в какой-то игривый настрой. Сердце очень стучало и я словно задыхался когда говорил. Она, наверное, подумала, что я убитый.

— Давай тогда поедим мороженого? — предложила она. — Какое твоё любимое? Стоп-наркотик?

Я засмеялся, обрадовавшись, что она уже не протестует, не уходит, а даже шутит.

Мы купили мороженого, купили колу. Я спросил, курит ли она, оказалось, что очень даже курит, и я взял и ей пачку Парламента.

Мы познакомились. Её звали Алина и она училась на втором курсе украинской филологии. Сказала, что хотела на немецкий, но так уж получилось. Я рассказал ей о себе, сказал, что направлялся к другу и что собираюсь накидаться.

— Но я был остановлен необычным обстоятельством…

— Нашёл деньги? — спросила она, улыбаясь.

— Кое-что другое, — ответил я.

Мы нашли лавочку за магазином и сидели там довольно долго. Как-то быстро нашли общий язык, что у меня бывает очень редко. Она записала мой телефон и сразу же сбросила вызов.

— Если бы мы были знакомы чуть больше, ты бы пошла со мной куда-то?

— Может быть, — сказала она, потушив сигарету об асфальт. Там остался черный след.

Потом мы купили еще мороженого и вернулись на ту же лавочку. Просидели там, наверное, еще полтора часа. Мы говорили, и я даже как-то позабыл о том, что собирался к другу и что самое удивительное — я забыл о том, что нашёл деньги…

Мы взяли пива, выпили его на той же лавочке и просидели там до темноты, разговаривая так, будто знали друг друга не первый год. Я узнал, что она в семье одна, что у неё нет отца и она живёт только с мамой. Узнал, что её отец оставил их, когда она была маленькой и она никогда даже не хотела его отыскать. Алина рассказала, что собиралась поступать в Днепр, но не прошла по баллам и осталась в городе. Она сказала это очень печально, и я понял её грусть, потому что был точно такой же. Когда начало темнеть, и мы оба поняли, что нужно расходиться, она робко взяла мою руку и мне вдруг показалось, что это знакомство в будущем может превратиться во что-то большее. Я потратил даже ту сдачу, что у меня оставалась после того как я покупал себе сигареты.

— Это был хороший день, — сказал я.

— Да. Но нужно уже бежать.

Мы поднялись, она обняла меня, но не поцеловала, я не надеялся. Но тут вдруг у меня возникло желание продлить это всё…

— Тебе нравятся собаки? — спросил я.

Вопрос этот был так некстати, что она немного удивилась.

— Ну да…только если они маленькие. Как йоркширские терьеры.

Нет, подумал я, иди ты на хуй, но сказал:

— Мне они тоже очень нравятся…

Мы договорились встретиться послезавтра, в воскресенье. Когда она ушла, я закурил сигарету и присел на скамейку. Какое-то время я думал о ней, о том, как это всё так случилось. Получается, всё решает один момент, одна случайность? Это не может быть не замечательным. Внезапно, словно проснувшись ото сна, я вспомнил о деньгах. Я вытащил стодолларовую купюру и принялся рассматривать её. Уже горели фонари, и один как раз был надо мной. В его свете я глядел на дяденьку Франклина, удивляясь его правильным и очень строгим чертам. Он, скорее, напоминал доброго дедушку, которого внуки уговорили сфотографироваться для семейного альбома, но вместо фотографа тот пригласил портретиста. Он даже причесался для такого случая. Я подумал, что хотел бы посмотреть другие портреты этого художника, как вдруг игла разочарования уколола меня прямо в мозг. Под портретом маленькими буквами была надпись: «Банк приколов».

Я вскочил с места, не совсем понимая, что собираюсь делать. Вытащил телефон и набрал номер. После нескольких гудков, подняли трубку. Я сказал:

— Братан, сегодня не выйдет накидаться.